8ad0e665     

Горький Максим - Заграничные Впечатления



Максим Горький
ЗАГРАНИЧНЫЕ ВПЕЧАТЛЕНИЯ
ЛОНДОН
В имени его я слышу ласковый звон колокола истории, задумчивый возглас из
глубины веков, добрый совет старого мудрого опыта:
- Надо больше знать друг друга, люди, больше.
Мне кажется, что чудовищно огромный город, одетый мантией тумана, всегда,
днем и ночью, упорно думает о великих драмах своего прошлого, о бесцветных
днях настоящего и с тоской, но уверенно ожидает будущего - светлых солнечных
дней, полных радости, ожидает пришествия новых людей, полных творческой силы.
Он скучает о тех, которые сделали имя Англии громким в мире, ждет рождения
великих детей, подобных тем бессмертным, которых знают всюду на земле. Лондон,
кажется мне, жаждет нового Шекспира, Байрона и Перси Биши Шелли, нового
Гиббона, Макколея и Вальтер Скотта, трубадуров славы Англии. Что такое слава
Англии? Прежде всего ее ненасытная жажда свободы духа. Ныне эта жажда угасает
неутоленною. И потому пора снова возбудить ее в душе народа.
Великий город, мне чудится, думает:
- Скоро ли снова придут и зазвучат для всех народов мира колокола моего
духа, запоют громкие трубы мои, разнося по земле мысли и надежды народа
Англии?
Глухой и темный шум облекает город смутной тучей, он сливается с туманом,
кружится, кружится над городом, в ропоте его много силы, но и усталости много.
В тумане я вижу лицо Лондона - это лицо великана старой чудесной сказки,
мудрое и печальное.
Город думает и возбуждает думы о жизни.
Могучий, каменный, суровый город богато одет в пышно зеленый плащ садов и
парков, он роскошно украшен драгоценными произведениями старого, безумно
смелого искусства; в радостном изумлении стоишь перед воздушно улетающей в
небо, кружевной громадой Вестминстерского аббатства и с глубоким почтением
смотришь на тяжелый серый Тоуэр, вызывающий стройные ряды воспоминаний и
великолепную Елизавету впереди всего. Много злого было сделано внутри этих
серых камней, много призраков, облитых кровью, витает над башнями замка, но
это не делает старый Тоуэр менее красивым. В каждой столице любого государства
есть свой Тоуэр, в каждом из них люди выливали на землю кровь людей - я думаю,
серый лондонский Тоуэр не грешнее других. И если люди позволяют убивать себя,
в этом, отчасти, всегда виноваты сами они. Отчасти, я говорю. Ибо разве есть
некто совершенно невинный в преступлениях, окружающих его, непричастный
жестокости, наполняющей жизнь?
Но жемчужиной города, драгоценностью, которой нет цены, лучшим украшением
Англии для меня явился Британский музей - панорама жизни всех народов земли,
умное и великое создание сильных и длинных рук английского народа.
Этот большой, тяжелый дворец редкостей стоит на земле крепко, как сама
Англия. Он является как бы каменным переплетом великой книги о культуре
человечества, книги, которую надо читать годы, чтобы прочесть ее всю до конца.
И всюду видишь, как много в Лондоне ума, но думаешь - не слишком ли
односторонне тратит нация огромный капитал своего духа за последние
десятилетия?
Не слишком ли много увлечения задачами узкими, грубо материальными?
И не стесняет ли увлечение это развития духа свободы внутренней, истинно
творческого духа, обогащающего мир ценностями вечными и нетленными?
Бросается в глаза обилие антикварных лавок. Это естественно в стране с
такой старой культурой, и понятна любовь англичанина к вещам, напоминающим ему
о великом прошлом. Старый фарфор и бронза так наивно и пышно красивы, ярки,
созданы с горячей любовью, на каждой из них видиш



Назад